Путинские угрозы при подписании Ассоциации с ЕС - мне напомнили анекдот

[kremlgaz]

возвращается муж из командировки - жена с любовником. Он разорался:
- если бы у меня был нож - я бы вас зарезал!
- Если бы у меня был пистолет - я бы вас застрелил!
Жена:
- а ты забодай!

Comments

и еще по теме

[kremlgaz.livejournal.com]

-- -- Украина! - сказал Путин в нос. Украина молчала, громко дыша.
-- Украина! - повторил он. -- Неужели ты в самом деле уходишь от меня к Евросоюзу?
-- Да, -- ответила Украина. -- Я ухожу. Так надо.
-- Но почему же, почему? -- сказал Лоханкин с коровьей страстностью.
Его и без того крупные ноздри горестно раздулись.
Задрожала фараонская бородка.
-- Потому что я его люблю.
-- А я как же?
-- Васисуалий! Я еще вчера поставила тебя в известность. Я тебя больше не люблю.
-- Ноя1 Я же тебя люблю, Варвара!
-- Это твое частное дело, Васисуалий. Я ухожу к Птибурдукову. Так надо.
-- Нет! -- воскликнул Лоханкин. -- Так не надо! Не может один человек уйти, если другой его любит!
-- Может, - раздраженно сказала Варвара, глядясь в карманное зеркальце. -- И вообще перестань дурить, Васисуалий.
-- В таком случае я продолжаю голодовку! - закричал несчастный муж. -- Я буду голодать до тех пор, покуда ты не вернешься. День. Неделю. Год буду голодать!
Лоханкин снова перевернулся и уткнул толстый нос в скользкую холодную клеенку.
-- Так вот и буду лежать в подтяжках, - донеслось с дивана, -- пока не умру. И во всем будешь виновата ты с инженером Птибурдуковым.
Жена подумала, надела на белое невыпеченное плечо свалившуюся бретельку и вдруг заголосила:
-- Ты не смеешь так говорить о Птибурдукове! Он выше тебя!
Этого Лоханкин не снес. Он дернулся, словно электрический разряд пробил его во всю длину, от подтяжек до зеленых карпеток.
-- Ты самка, Варвара, -- тягуче заныл он. -- Ты публичная девка!
-- Васисуалий, ты дурак! -- спокойно ответила жена.
-- Волчица ты, -- продолжал Лоханкин в том же тягучем тоне. -- Тебя я презираю. К любовнику уходишь от меня. К Птибурдукову от меня уходишь. К ничтожному Птибурдукову нынче ты, мерзкая, уходишь от меня. Так вот к кому ты от меня уходишь! Ты похоти предаться хочешь с ним. Волчица старая и мерзкая притом!
Упиваясь своим горем, Лоханкин даже не замечал, что говорит пятистопным ямбом, хотя никогда стихов не писал и не любил их читать.
-- Васисуалий! Перестань паясничать, - сказала волчица, застегивая мешок. -- Посмотри, на кого ты похож. Хоть бы умылся. Я ухожу. Прощай, Васисуалий! Твою хлебную карточку я оставляю на столе.
И Варвара, подхватив мешок, пошла к двери.

(c) http://petrov.com.ua/GoldCalf/pages/02.htm